Categories
Русские Ночи

the veil of Isis in Odoyevsky’s “Russian Nights”

The intro to Russian nights mentions an ancient statue of Isis with the writing on it “Nobody has yet seen my face“. This is a quotation from Plutarch which could be more accurately rendered “I am all that has been and is and shall be; and no mortal has ever lifted my garment.”

Here Odoyevsky finds a parallel in the work of poets and chemists. Neither seems to arrive quickly at fundamental truths.

He also includes thanks to Varnhagen von Ense for translating some earlier stories into German. Some of these may have ended up in Russian Nights: Although it wasn’t published until 1844, his biographer (Neil Cornwell) states that it “has roots stretching back into the 1820s

Categories
Гарри Поттер и Методы Рационального Мышления

“Harry Potter and the methods of Rationality”

According to the foreword in my electronic text, the Russian translation belongs Mikhail Samin, whose wikipedia entry is pretty interesting. This is among the top book choices of my students, although they are likely to read it in the original (by Eliezer Yudkowsky) too. Unlike them I haven’t read anything by J.K. Rowling and nor have I seen the films. But I do occasionally read the related website LessWrong. These comments on Anki for example.

Categories
De la misère symbolique

«de la Misère Symbolique» by Bernard Stiegler

Originally published in French in 2004. An English translation was made in 2014 by Barnaby Norman. In my copy, the two volumes (“The Hyper-Industrial Age” and the “The Catastrophe of the Sensual World”) are joined into one book. In these notes about it, the English translations just reflect my best understanding based on rusty schoolboy French. I think Stiegler himself would agree that reading is a process of creating a secondary version of the text that is individual for each reader. (Shared using Mastodon Autopost by Simon Frey)

Categories
meta

Test of Sharing

This is a test of a wordpress plugin called “Share on Mastodon” by Jan Boddez.

The next note will be about “de la Misère Symbolique” by Bernard Stiegler.

Categories
Лунные дни в Дхармачакре

Милтон

Мне поступили предложения по системе магнетических телеграфов выйти смотреть на комету. Говорят, что если добраться до северных окрестностей Дхармачакры она уже видна даже без телескопа. Но я почему-то не хотела ездить в компании на такую экскурсию. Не знаю почему, но мне кажется дурным тоном превращать комету в развлечение и повод для вечеринок. Это не критика в адрес соседей…. Анви и Акшара просто хотели, чтобы мы использовали шанс взглянуть туда. Мы собрались просто чтобы поужинать и изучить этику гигантов. Так я теперь сижу дома и занимаюсь искусством…

А другие жители города стали неожиданно смеяться на улице и дико развлекаться в коридорах домов. Говорят, что возможный конец цивилизации вызывает не горе, а чувство лёгкости и праздничное настроение. Среди моих знакомых единственные люди которым не интересно про комету — сотрудники филиала Кабинета Редкостей. Там они настаивают на праве создать для себя отдельную империю. Сотрудники специально построили скульптуру из льда и задают вопросы скульптуре по поводу «Потерянного Рая». Этот странный ритуал якобы демонстрирует насколько они серьёзно хотят сформировать собственную империю на острове. Но в штаб-квартире в ☼ вряд ли это поймут. Я сейчас пишу сочинение в стихах — написанное как бы с точки зрения Джона Милтона — того древнего лидера пиратов-островитян. Известно, что ему сильно не нравились другие империи того времени — Греков и Римлян. В моих стихах Милтон становится кометой и падает к нам с рассказом о космосе.

Categories
Лунные дни в Дхармачакре

из ежедневника Лай Жинг 18 ноября 4338

Недавно нас пригласили Анви и Акшара снова с интересным поводом — первый шанс увидеть комету нашими глазами через оптический телескоп. До этого вся информация о местонахождении кометы поступала из двух источников: (А) от Совета деревьев, грибов и насекомых и (Б) от математиков нашей Академии, которые обрабатывали теоретические данные об орбите.

Наши соседи не живут как все. Я их считаю идеальными моделями того, как должны вести себя жители нашей великой столицы. Например, им абсолютно всё равно откуда их гости и какая у них позиция в Академии Наук. Когда мы познакомились, я была молодой студенткой антикварных языков, недавно приехавшая из 北京. А они даже тогда были уважаемыми специалистами в области философии нравов и спец-помощниками важных поэтов. А они всё-таки всегда приглашали меня на вечеринки, которые они регулярно устраивали.

Во вторых, очевидно, что они делают много для общества. Перед их домом стоит огромный грузовой электроход, который они используют для доставки риса в клуб любителей рисовой лапши. Почти всё пространство внутри их дома посвящено выращиванию риса для нужд клуба, поэтому они всегда просят гостей принести с собой фрукты и овощи из собственных квартир.

Мы с Иваном принесли красивый помпельмус с хорошими генетическими модификациями. Кельвин приготовил странное вещество, которое он назвал страшным названием «растительным беконом», а его команда молодых актёров предложила гостям бутерброды с сосисками из фасоли. Было особо весело потому, что актёры решили не садиться вокруг стола, а вместо этого стояли на нём и играли спектакль о гигантах.

Потом пришло время смотреть в телескоп. Мое первое впечатление от этого — мощный трепет и переживание. Космос нам мало виден из города — наверное из-за этого мы зависим от Империи Лесов за информацию о нем. Но это страшно подумать, что наша Земля – единственное маленькое убежище в этом холоде и пустоте.

Я признаю, что меня немного разочаровала комета. Я представляла ярко блестящий шарик как будто из снега. Но на самом деле она более похожа на осколок Луны, у неё такой же серебристый цвет и неровная поверхность. Через три недели долетит туда наш фейерверк и вскоре после этого, мы узнаем нашу судьбу.

Categories
Moondays in ☼

The rise and fall of student guilds in the medieval university of Bologna.

The medieval student guilds at Bologna are described by Cobban (1971)1 this post is a summary of Cobban, A. B. (1971). Medieval Student Power. Past & Present, (53), 28–66. Retrieved from JSTOR. as “a by-product of the struggle for survival in a hostile environment”. Students in the 13th and 14th centuries did not come from aristocratic families and were usually dependent on a parent or other benefactor to support them, although they were not as young as most modern-day undergraduates. They were mostly training to enter a highly-paid profession, rather than seeking knowledge for its own sake – to become lawyers, doctors, teachers or clergymen 2 There was a much smaller group who pursued “knowledge” for its own sake – which was to be found in the field of theology. Science, as we understand it, was yet to develop. (The start of that could be taken as Copernicus in the mid 16th century)..

The students arrived in Bologna from all parts of Europe and formed into guilds mainly as a way of getting some legal protection, since they didn’t have local citizenship. Their teachers, by contrast, were made to promise the city of Bologna that they would not leave to go and teach somewhere else. The dynamic of how the “university” developed suggests that there was a clear conflict of interest and general lack of trust between the teachers and the students who directly paid them for their classes. In fact during this period the “universitas magistrorum” was a separate thing from the “universitas scholarium”.

The law students created their guild in order to increase their influence over the work of the law “doctors” or teachers. During the 13th century, the guilds of students became increasingly organised – with subsections for different languages 3 all teaching was done in Latin , their own elected officers and by-laws etc. This allowed them to replace the Bologna city authorities as the main management organ in charge of the teachers’ work. The university (or “studium” as it was called) was generally democratic, with each language/national subsection electing a rector. Students and teachers would meet at the start of the year to agree on the contents of courses, and the dates for completing each part of the set texts.

In the 14th century the situation gradually reversed. This happened because the teachers began to receive salaries from the city authorities in addition to what the students paid them. This in turn was due to competition between university cities trying to attract the most celebrated teachers.

Categories
Лунные дни в Дхармачакре

Положительное Настроение

(из ежедневника Лай Жинг 28ого октября 4338 г.)

Мы с Иваном гуляли вчера по району Нового Купчино. Там остались и последние каменные руины старого города Петрополя и красивые купола против загрязнения из периода сразу после Века Сжигания. Есть там тоже новые стеклянные дома самых уважаемых людей современности. Я из них мало кого знаю, только Кельвина… Мы с ним познакомились только благодаря широкому кругу собеседников, которые часто ходят в гости к Анви и Акшаре. Но я представляю, что много таких людей сотрудничают с Главным Поэтом империи. Наверное, близко к вершине Академии Наук должны быть разные отделы экспериментального стихотворения, театрального дизайна и других стратегически важных вопросов. Как интересно быть поэтом! Такие люди формируют ход мыслей для всех нас на много лет вперёд.

Надо заметить, что скорое задействование нашего двухмерного парашюта отбрасывает тень на деятельность всех художников теперь. Никто не уверен в успехе этого проекта. Подозреваю, что помощники Главного Поэта России уже сочиняют печальные трагические работы. Конечно, каждый художник хочет соответствовать историческому моменту. Значит — перспективное дело – придумать шоу о возможной неудаче миссии и последующей глобальной катастрофе. Если что-нибудь помешает нашей попытке замедлить комету, уже поздно будет принимать какие-либо другие меры. По прогнозу, можно будет наблюдать весь процесс по телескопу в декабре. В начале 4339 года или будем праздновать или готовить последние прощальные спектакли.

По пути мы зашли в ресторан. Он был переполнен представителями творческого класса. Мы заметили, что они имеют привычку сначала занимать места у окон, даже до того, что смотрят на меню. Символически все художники оставляли свои шляпы на стульях, чтобы фиксировать свое присутствие, и потом шли выбирать для себя самые сложные пирожные. По подсчету шляп мы сделали вывод, что общее настроение — положительное. Самый популярный дизайн — новая работа Кельвина с кометой, но уже в безопасной орбите вокруг планеты Земля.

Categories
Moondays in ☼

Learning space

An information space is not necessarily a good learning space. In fact, it’s easy to imagine an “information space” (in the English-language sense) which is nearly impossible to learn from. It would be a text presented in an unknown foreign language which is unrelated to any language the learner knows. It would likely consist of printed letters. (Spoken language, or even handwriting, reveals something about the author’s identity and emotional state, and gives other contextual clues.) It will be harder to learn from if it represents a discourse (in the Foucaldian sense) which strongly differs from discourses the learner knows; and if there are no other clues like pictures, links or information about the speakers.

At the other end of the scale, teachers may find it useful to imagine what an ideal language learning space would be like:

  1. it shows connections to what the participants already know, and is particularly aware of those areas where the new discourse constructs the world differently from what they expext.
  2. it allows communication and collaboration among participants.
  3. it suggests a path: how to become a member of the community where the discourse under study is created.
  4. learners can practice skills which are valued in that community
  5. it encourages the public asking of questions, and guessing about solutions or answers
  6. users can experiment by interacting with the study material .
  7. it provides a maximum of contextual clues about the identity of the speakers, what the speakers are trying to achieve, when and why they are speaking, and the topic of discussion (videos, diagrams, simulations)
  8. it doesn’t contain meaningless or irrelevant side-tracks, the material itself is internally consistent and logically structured
  9. it suggests ways to better study the content and plan how to study it.
  10. it focuses attention on what the student should be doing at any given moment. These activities can be arranged into a pedagogical sequence of steps.
Categories
Moondays in ☼

Information space

This post is a background to the session I’m going to do in the ESP conference this week.

When I arrived in Spb in 2000 I was surprised that, in this city of 5 million, you could hardly buy The Economist magazine anywhere. (The Economist tends to write rubbish about economics, but is a reasonable source for a broad view of what’s happening in the world. It also makes suitable reading for high-level EFL students.)

This Economist-shaped lacuna gives a sense of what we usually mean in Russian by the “informatsionnoe prostranstvo”. A term which might be lazily, or literally, translated as “information space”. It carries the idea of the things that are generally known, or which you can find out from the media, in a particular society. But what are the implications of this idea for applied linguistics and for teaching?

Information space – the English term, does not have the same meaning. It refers to the contents of a single information system which can be searched and where the relations between items mapped. That is to say, it refers to a single corpus from which a technical system can retrieve information. (It’s worth noting that with big data and AI techniques information can now be retrieved from collections that look totally chaotic to the human eye).

Now we can take a step nearer to the field of Applied Linguistics: I maintain that what we call in Russia the “informatsionnoe prostranstvo” is closer to being what French philosophy, from Foucault, calls “discourse”. Except that there isn’t just one “discourse” in society, there are many… and they sometimes compete or contradict each other. Different fields of expertise can be said to have their own discourses

Discourse is also a key term for Applied Linguistics. According to Pennycook (1994), “Discourse in this sense (John -Foucault’s sense),…does not refer to language or uses of language, but to ways of organizing meaning that are often, though not exclusively, realized through language.

Pennycook contrasts this with the two commonly-used concepts of discourse in the field of applied linguistics, and notes how they have fed into language teaching:

In standard discourse analysis – linguists look at larger scale patterns in texts such as the genre, the grammar of spoken English and different aspects of communicative competence. This approach has provided the theoretical basis for a lot of “communicative” language teaching.

In critical discourse analysis – sociolinguists consider how different social factors influence use of language. For example, they identify how large historical phenomena like colonialism or capitalism are present as assumptions in texts. This approach has led to attempts by teachers to incorporate more serious topics for reading and class discussion.

The Foucaldian idea of discourse can also contribute to the way we teach languages. Pennycook writes “Language teaching becomes a process of making the familiar unfamiliar, of linking the process of learning a second language to a pedagogy that seeks to question how we come to understand ourselves as we do”.

In some of the hard sciences the “discourse” is barely changed by a switch from Russian to English because a single world-wide discourse already exists. Language teaching for these kinds of ESP means accurately reproducing the context where the language would be used. In others, perhaps especially the social sciences, law and pedagogy, we are asking our students to move into a new and different discourse, as well as adopting a foreign language. In the example used at the start of this post “information space” is a word not only in a different language from the Russian term “информационное пространство” – it belongs to a completely different discourse.

In my next post I’ll say something about “spaces” for learning, and virtual learning environments.

PENNYCOOK, A. (1994). Incommensurable Discourses? Applied Linguistics, 15(2), 115–138. https://doi.org/10.1093/applin/15.2.115